Назад Вперед
ОБЩЕСТВОЗНАНИЕ
О Проекте Структура Курса

Часть I. ПОНЯТИЕ ОБЩЕСТВОЗНАНИЯ И СТАНОВЛЕНИЕ ОБЩЕСТВА

Тема 1. Понятие обществознания и общества

1. Обществознание в системе наук

1.1. Необходимость изучения обществознания
     В современном обществе необходимость и важность обществознания осознаны, пожалуй, всеми. Рассмотрим конкретнее, в чем они заключаются. Если идти последовательно, то можно выделить три аспекта необходимости: научный, гуманитарный и гражданский.
     С научной точки зрения необходимость обществознания заключается в том, что его не может заменить ни одна наука, ибо только оно способно и призвано дать целостное представление об обществе, не расчлененное на десятки и сотни наук, обладающих колоссальной детальной информацией, необходимой лишь для узких специалистов. Вместе с тем обществознание - это не "сборная солянка", не некий гигантский компьютер, просто собирающий информацию от всех гуманитарных наук. Формируя целостное представление об обществе, беря самое важное, принципиальное и ценное из социальных наук, обществознание создает новое знание, новое мировоззрение, ибо целое всегда больше, сложнее простой суммы частей и не сводится к ней. Таким образом, благодаря обществознанию осуществляется прирост наших знаний об обществе, когда количественные показатели (многообразие информации) приводят к качественным (мировоззренческим) изменениям в понимании общества. И в этом смысле обществознание имеет научный смысл.
     С гуманитарной и гуманистической точки зрения обществознание является необходимым для формирования моральной личности. Особенно этому способствует изучение духовной сферы общества: культуры в целом, философии, религии, искусства и морали. Приобщаясь к духовным ценностям и знаниям, личность гуманизируется, ее мировоззренческий горизонт расширяется и углубляется.
     Обществознание, таким образом, личностно значимо, ибо дает молодым людям необходимые знания как в сфере морали, так и относительно общества, в котором они живут. И в этом смысле обществознание необходимо всем, вне зависимости от избираемой специализации, ибо нет личности без морали, как нет действительного гражданина без знания общества. Обществознание способствует социализации личности, помогает учащимся адаптироваться к непростой социальной действительности.
     Современное демократическое общество не может не быть гражданским, т.е. оно должно представлять собой совокупность обладающих правами и имеющих обязанности граждан. Полноценным гражданином может быть человек, не только наделенный юридическими правами и обязанностями, но и имеющий достаточный уровень самосознания, то есть осознанно относящийся к себе, своему месту и роли в обществе, активно участвующий в политической жизни. Обществознание способствует формированию прогрессивной гражданской позиции, отражающей потребности современного развития общества. Осознанное отношение к своему гражданскому долгу и истинное понимание того, в чем он заключается, невозможно без той совокупности знаний об обществе, которую может дать только изучение обществознания. Демократия невозможна без достаточно высокого уровня самосознания граждан.
     Обществознание противостоит как аполитичности, так и политиканству. Аполитичным может быть только человек, не осознающий свой долг перед обществом и отдающий свои права и возможности участия в общественной и политической жизни другим силам. Происходит это потому, что "свято место пусто не бывает", власть не терпит вакуума. Аполитичность одних граждан компенсируется чрезмерной активностью других, которые используют пассивность избирателей в своих целях. Таким образом, неучастие в политической жизни, политический абсентеизм не может быть в нормальных условиях гражданской позицией, а свидетельствует об отсутствии таковой. В случае разочарования граждан в предвыборной кампании и выдвигаемых кандидатах можно проявить свое отношение голосованием "против всех", но никак не игнорированием самих выборов, если они легитимны. Интеллигенция и народ России несколько веков боролись за свободные и всеобщие выборы, поэтому неучастие в них - неуважение предков.
     Политиканство представляет собой другую крайность, когда чрезмерная псевдо политическая активность подменяет собой трезвый анализ. Политиканство обычно связано не с осознанием реальных потребностей общества и борьбой за их реализацию, а с фанатичным отношением, идеологической ангажированностью, демагогией, популизмом и т.д. Такая политическая сверхактивность наносит вред естественному развитию общества.
     Обществознание учит занимать грамотную гражданскую позицию, не впадать в крайности аполитичности и политиканства, формировать и отстаивать собственную точку зрения.
     Существует еще и прагматическая важность изучения обществознания, заключающаяся в необходимости сдачи экзамена. С практической точки зрения это наиболее важно, однако смысл изучения обществознания далеко выходит за пределы указанной цели. Те знания, которые учащийся приобретает при изучении обществознания, остаются с ним навсегда, кем бы он в жизни ни был - вне зависимости от профессии, социального и экономического положения. Познание общества также способствует осуществлению вертикальной мобильности, помогает занять в обществе желаемое и достойное место, в полной мере реализовать себя, а значит, и в наибольшей степени способствовать общественному прогрессу. (Дополнительный иллюстративный материал)

1.2. Обществознание и наука: сходство и различие
     Далее необходимо определить место обществознания в системе наук, но, прежде всего, следует ответить на вопрос: является ли обществознание наукой? Для этого приведем вначале характеристики, отличающие обществознание от других сфер общественного сознания и форм познания, а затем попытаемся выявить то, что сближает его с наукой.
     Точная наука имеет строго очерченный предмет изучения, который заранее дан, обнаружен, наука лишь описывает его, познает, стремится вскрыть его взаимосвязи с окружающим миром. Относительно обществознания дело обстоит сложнее. Есть ли такой предмет - общество? Кто его видел? У астрономии есть свой предмет - звездное небо, у биологии тоже - любой живой организм и т.д. На эти предметы науки мы можем указать, мы наблюдаем их зачастую невооруженным глазом, при помощи микроскопа или телескопа, что лишь усиливает наши способности чувственного, эмпирического восприятия. Но можем ли мы при помощи органов чувств обнаружить общество, указать на него пальцем? И да, и нет. Да, потому что на что бы мы ни указали в нашей человеческой жизни, во всем присутствует общество, но это присутствие невидимо. Общественные отношения пронизывают всю человеческую жизнь сверху донизу, от начала и до конца, однако они непосредственно не осязаемы. Общество присутствует в монашеской келье и на площадях, в библиотеках и на демонстрациях. Одним словом, общество везде и нигде одновременно! Оно действительно существует, но его невозможно потрогать рукой. Общество имеет чувственно-сверхчувственную форму, поэтому оно - понятие философское, во многом умозрительное: оно осознается не в меньшей степени, чем наблюдается. И хотя общество существует тысячелетия, как нечто самостоятельное оно было осознано не так давно, а социология как наука, изучающая общество, появилась лишь в первой половине XIX в. (О. Конт). Иногда тот, кто находится в гуще людей, может быть более далек от общества, чем полярный зимовщик; иногда познать общество больше способен тот, кто изучает книги, чем тот, кто все время проводит в разговорах с другими.
     Понятие общества, являясь философским, не дано изначально в качестве противостоящего сознанию человека объекта. Оно исторически формируется и познается. Предмет обществознания, как и философии, не дан, а задан. Он является проблемой. Поэтому обществознание можно назвать самопорождающейся сферой знания, что невозможно в традиционной науке, где предмет уже весь налицо, и задача состоит лишь в детальном его изучении. Изучение общества во многом состоит во все более глубоком определении самого понятия общества. В этом заключается философский аспект обществознания.
     Кроме сказанного, предмет обществознания чрезвычайно широк. В конкретных науках нет такой широты, в этом случае происходит формирование более конкретных областей исследования, которые приобретают со временем статус отдельных наук. Так, например, возникли квантовая физика, термодинамика, информатика, генетика и многие другие науки, без развития которых немыслимо современное общество. Изучение общества как чрезвычайно сложного, многообразного и разностороннего предмета изучения никак не под силу одной науке. Поэтому его изучают десятки, а затрагивают сотни наук.
     В силу обширности своего предмета и его чрезвычайной сложности обществознание не может "похвастаться" наличием совершенно определенных объективных знаний о своем предмете, которые имеют отдельные науки. В нем многое зависит от мировоззренческих установок познающего. Многообразие интерпретаций одного и того же социального события естественно в обществознании, но недопустимо в строгой науке. В науке такое возможно лишь на стадии гипотезы и исследования, но затем достигается фактическое знание, которое является общезначимым и объективным, с которым соглашаются все ученые. Обществознание, напротив, развивается через спор различных точек зрения, который никогда не может прекратиться, ибо здесь нет раз и навсегда установленной истины. Да и сама истина в этом случае носит не столько желаемый объективный характер, сколько субъективный, оценочный. Так, астрономы определили расстояние от Земли до Солнца (около 150 млн. км), и с этим согласны все ученые, ибо это расстояние фактически проверено и подтверждено. Но трудно найти в истории развития общества хоть один такой факт, в интерпретации которого мнения всех обществоведов совпали бы. Таким образом, мы установили, что обществознание кардинально отличается от иных наук по бытию своего предмета, то есть не так, например, как физика от химии, но принципиально. Научное знание принудительно, а духовное - делает человека свободным.
     В сказанном заключается и слабость, и достоинство обществознания. Слабость - в никогда не достижимой всецело объективной истине, на которую претендует наука; достоинство - в свободе от строгих причинно-следственных связей, возможности иметь собственную, независимую точку зрения. Это не значит, однако, что в обществознании царит хаос и произвол, просто истина здесь носит многосторонний и противоречивый характер.
     Но что же тогда такое обществознание, претендующее объять необъятное? Явно, что статусом определенной науки оно наделено быть не может. В итоге получается, что обществознание не имеет ничего общего с наукой. Но тогда что же это: поэзия, художественное творчество, мистика, философия или что-либо еще? Тоже нет! У обществознания есть одновременно и то, что сближает его с наукой.
     Сформулируем, что же сближает науку и обществознание.
     Это, прежде всего, стремление к объективному познанию своего предмета. Но если наука отчасти способна его реализовать, то на долю обществознания выпадает лишь "бесполезная страсть", оно хочет, но не может познать общество, и не столько в силу своей слабости, сколько в силу несоизмеримости предмета изучения с человеческими познавательными возможностями и ограниченностью научной методологии. Таким образом, не вина обществознания в том, что оно не может до конца познать свой предмет.
     Другая черта, объединяющая науку и обществознание - стремление выявить причинно-следственные связи, рассмотреть предмет в его становлении и развитии. Обществознание даже в большей степени, чем наука, исторично; оно немыслимо без истории, конституируется в историческом бытии общества.
     Обществознание не иррационально, не противостоит точной науке, хотя и не тождественно ей. То, что в обществознании нет математической строгости добытых результатов познания как в естественных науках, еще не говорит о том, что в нем отсутствует познание. Понятие "знание" гораздо шире, чем понятие "научное знание", - последнее лишь входит в первое. Существует огромный пласт знаний, без которых не в состоянии жить ни человек, ни человеческое общество, однако его нельзя назвать научным. Такого рода знание, например, заложено в духовных традициях человечества: в философии, религии, морали и искусстве. Оно выходит за рамки причинно-следственных связей и рационализма, а иногда не просто трудно поддается научному анализу, но может и разрушаться под его воздействием. Однако обществознание учитывает такое знание. Ведь люди не всегда ведут себя в обществе рационально, и это не обязательно плохо. Разве можно назвать любовь или бескорыстную помощь другому человеку всецело рациональными? Однако без этих проявлений духовности нет человеческого общества.
     Наконец, обществознание, как и наука, несовместимо с суевериями.
     Оно, если и называть его наукой, представляет собой науку особого рода, а еще лучше сказать - является комплексом наук об обществе и человеке, сферой социально-гуманитарного знания. Еще одно определение обществознания - оно является учебной дисциплиной. Базовой для обществознания наукой является социология, основу для него закладывает философия и такой ее Тема как социальная философия (Дополнительный иллюстративный материал) (они разрабатывают мировоззренческие и методологические принципы), последовательность изучения определяется историей (она поставляет фактический материал для осмысления). Различные сферы социальной жизни изучают соответствующие науки, входящие в обществознание: экономику, этнологию, политологию, культурологию и т.д. Одну лишь духовную сферу общества изучают философия, история религий и религиоведение, психология, этика, эстетика и т.д. Причем количество изучающих общество и человека наук с каждым десятилетием увеличивается. Общество является предметом познания и для множества смежных наук: социальной психологии, экономической и политической географии, философской антропологии и др. (Дополнительный иллюстративный материал)
     Однако обществознание не является простым набором этих наук, как уже говорилось ранее, ибо оно избирает самое существенное из тех знаний, которые вырабатывают упомянутые науки. Обществознание, как и философия, "снимает сливки", но с той лишь разницей, что философия собирает их вообще со всех существующих наук, а обществознание - только с социальных и гуманитарных, плюс к этому и с экономики. В обществознании необходимо следовать мудрости древнегреческого философа Гераклита, сказавшего, что "много знать должны мужи философы" и, одновременно, "многознание уму не научает", если оно носит не сущностный, а поверхностный, лишь информативный характер. В обществознании необходимо не просто много знать, а уметь мыслить.

1.3. Обществознание и суеверия
     Перед тем как приступить непосредственно к изучению обществознания, необходимо подчеркнуть его несовместимость с суевериями. То, что обществознание выходит за рамки строго научного знания, отнюдь не означает, что к нему каким-либо образом могут относиться суеверия. Вненаучное знание также не тождественно им, ибо вненаучное еще не означает иррациональное, а суеверия таковы. Их можно охарактеризовать как заведомо искаженное представление человека о какой-либо действительности. К суевериям можно отнести все вымышленное, никак не подтвержденное, иллюзорное, чем человек подменяет действительность. Вместе с тем к ним нельзя отнести, например, художественный и творческий вымысел, сказки или фантастику. Они являются элементом культуры, предназначены для воспитания, развития воображения и мыслительной деятельности, в то время как суеверия ничего не развивают, а напротив, сужают сознание человека, делают его фанатичным и трусливым, не несущим ответственность за свои поступки, все списывающим на какие-либо потусторонние силы. Суеверия являются плодом не культуры, а бескультурья и невежества. Они не только не ушли в прошлое, но современная массовая культура и СМИ распространяют их без денно и нощно, стремясь привлечь недалеких обывателей, слушателей и зрителей. К особо популярным суевериям современного "просвещенного" человека можно отнести такие "систематические" суеверия и псевдонауки, как астрологию, магию, парапсихологию, экстрасенсорику, предсказания (типа Нострадамуса) и т.д. (Дополнительный иллюстративный материал)
     Важно понять, что данные суеверия не безвредны, они способны гипнотизировать человека, внушать ему определенные идеи относительно себя и общества, деформировать в результате его личность, дезинформировать и дезориентировать. А если таких людей набирается достаточное количество, то они оказываются способными негативно влиять на общественное развитие, сеять в обществе панику и создавать психозы. Так, время от времени ждут конца света, общаются с инопланетянами из НЛО, создают вечные двигатели, каждое новое событие вдруг "вычитывают" у Нострадамуса (правда, тогда, когда оно уже состоялось).
     Сразу необходимо сказать, что обществознание не имеет ничего общего с названными и многими другими суевериями, как прошлого, так и настоящего. Одно из двух: или человек стремится познать общество таким, каково оно есть, или он подменяет реальное, хотя и труднодостижимое познание вымышленными и, в конечном счете, вредными иллюзиями. Третьего не дано. И если Вы приступаете к изучению обществознания или философии, то придется расстаться с суевериями. Это не значит, что нужно плохо относиться к сказкам или не читать научную фантастику - это как раз полезно, а иногда даже необходимо, в зависимости от возраста. Названные жанры литературы не обманывают нас, они не понуждают верить в то, о чем повествуют, а развлекают и забавляют, приносят эстетическое, художественное удовлетворение. Суеверия же требуют жертв, фанатичной веры, порождают страх и неуверенность. При полном подавлении сознания суевериями человек совершенно теряет ориентацию в мире, перестает адекватно себя воспринимать, плохо относится к окружающим. Наступает духовная шизофрения, от которой сложнее излечиться, чем от физиологического или психического заболевания. Необходимо заново учиться мыслить и трезво воспринимать окружающий мир.
     В России сейчас осуществляется (если проанализировать то, что обрушивается на телезрителя, слушателя и читателя из СМИ) интеллектуальный геноцид, происходит оболванивание, зомбирование населения страны. Чтобы понять это, достаточно вечером включить телевизор: некоторые каналы осуществляют часовые передачи по пропаганде суеверий. Особенно опасны для общественной жизни такие суеверия как предсказания определенного будущего, будь то на личном или социальном уровне. Опасность заключается в том, что человек, будучи чрезвычайно сложно психически устроенным существом, может подвергаться как гипнозу, так и самовнушению. Веря в некую предопределенность, о которой ему говорит какой-либо астролог или предсказатель, человек сам формирует ее, в то время как он свободен. Человек есть то, что он думает о себе, во что он верит. Он - единственное сущее, способное к самоопределению, самосозиданию. Свобода предполагает способность проектировать свое будущее, отвечать за свое прошлое, быть автором своих поступков в настоящем. Любое суеверие уничтожает или, в лучшем случае, ограничивает человеческую свободу и альтернативность общественного развития. Обществознание, философия, наука и мировые религии утверждают эту свободу, поэтому они несовместимы с суевериями. (Дополнительный иллюстративный материал) Согласно философии, человек способен строить свою жизнь исходя из разума, а согласно развитой религии - из веры в абсолютное благое начало, которое превыше и могущественнее как звезд, так и земных прорицателей. Чтобы уяснить высказанные мысли, остановимся на этой теме подробнее. Ответим на два вопроса: почему астрология и иные предсказания являются суевериями и ограничивают человеческую свободу, и чем вера отличается от суеверий? Что касается астрологии и подобных ей лженаук, то дать их критику не составляет особого труда, тем более что это давно уже сделано в предшествовавшей духовной культуре. А вот относительно веры существует много заблуждений.
     Глубокой критике подверг суеверия немецкий философ Гегель в "Энциклопедии философских наук", причем особо в ней досталось астрологии. Правда, современный человек иногда предпочитает читать о "предсказаниях" последней. Гегель доказывал, что "содержание астрологии следует отвергнуть как суеверие", ибо "индивидуальное вообще само создает для себя свое пространство и свое время"1.
     С верой мировых религий суеверия несовместимы, потому что они носят натуралистический, эмпирический, аморальный характер, в то время как вера - умозрительный и духовно-нравственный. Однако религиозная вера не всегда выдерживает этот критерий. В сознании верующего человека может заключаться масса суеверий, с самой верой несовместимых. Хотя, если быть последовательными, то невозможно одновременно верить в умозрительную идею (Бога) и в астрологический прогноз или черную кошку, якобы приносящую беды. Но обыденное сознание почти всегда эклектично и противоречиво, человек сам себе может не отдавать отчет в том, во что он верит и как верит. Идолопоклонство всех видов - вот суеверие современного человека. Вера же, как феномен умозрительный не должна противоречить науке, а наука не может ни отрицать, ни доказать положения веры. Между тем суеверия несовместимы с научным методом познания.

Казалось бы, вера в пророчества объединяет веру с такими суевериями, как предсказания Нострадамуса. Но на самом деле это совершенно не так. Религия может говорить о конце света, но она не говорит, в каком году он произойдет, даже запрещает это прогнозировать. Религия не предсказывает, пророчествуя. Пророчество в отличие от предсказания носит всецело умозрительный характер. В этом смысле конец света наступит тогда, когда люди на земле окончательно духовно-нравственно деградируют. С таким пониманием конца света может согласиться и обществознание. Между тем обществознание не предсказывает и не пророчествует, но способно делать научные прогнозы, которые, однако, могут как сбыться, так и нет, ибо существует множество труднопредсказуемых факторов, влияющих на развитие общества.

2. Особенности познания общественно-исторических событий

Чтобы глубже осознать специфику обществознания и понятие общества, необходимо рассмотреть особенности познания общественных явлений. В начале XX в. в одном из западноевропейских философских течений - неокантианстве - было определено, что все науки разделяются на два больших типа:

  • естественные - науки о природе, и
  • социально-гуманитарные - "науки о духе", т.е. о человеке и человеческом обществе.

Это разделение носит принципиальный характер, ибо у названных наук качественно разный предмет, а значит, должны отличаться и методы его познания: если "науки о природе" стремятся познать объективную предметную истину, то "науки о духе" - выявлять, осознавать, осмыслять и созидать ценности (Дополнительный иллюстративный материал) (моральные понятия, идеи, символы и т.д.). Между тем, данное разделение не означает противопоставления, так как все науки должны тесно взаимодействовать друг с другом.
     Как уже было сказано, в естественнонаучном знании предмет заранее обнаружен, он поддается эмпирическому наблюдению, а в гуманитарном - является проблемой, так как конституируется в процессе человеческого самопознания и познания общества. Наверное, можно навлечь на себя критику со стороны представителей естественнонаучного знания, осмелившись сказать, что предмет "наук о духе", а особенно - обществознания, чрезвычайно сложен, т.е. отличается по своей сложности от предмета естественных наук качественно. Поясним такое утверждение следующим.

Естественные науки изучают различные уровни развития материи и жизни во Вселенной от базовых до более сложных. Самый фундаментальный уровень изучает физика (особенно физика элементарных частиц), и здесь она, как это ни странно, совпадает с астрофизикой, изучающей космические тела и развитие Вселенной в силу принципа "что внизу, то и вверху". При усложнении физического взаимодействия элементарных частиц и возникновении сложных молекул образуется химический уровень развития и движения материи, который изучает, соответственно, химия. При усложнении химических взаимодействий, как сейчас полагают многие, возникает органическая жизнь, живая материя, клетка и т.д. Процессы на этом уровне изучает биология. Наконец, когда возникает совместная жизнь разумных существ и такая совершенно новая целостность и система, как общество, появляются соответствующие науки гуманитарного цикла, изучающие этот новый невиданный феномен.
     Нетрудно увидеть, что всякий последующий уровень организации материи и жизни на порядок сложнее предшествовавшего. Более высокий уровень диалектически вбирает в себя предыдущий в "снятом" виде. Исходя из этого, можно заключить, что общество является высшим итогом развития Вселенной, а значит, включает в себя все предшествовавшие этапы. Так, общество состоит из людей, которые являются биологическим видом и имеют тела, состоящие из сложных химических веществ, имеющих также атомарную, элементарную структуру. Человек есть микрокосм, то есть вселенная в миниатюре. Таким образом, чтобы изучить общество, необходимо познать, по большому счету, всю Вселенную. Из сказанного можно заключить, что обществознание является наиболее сложной областью знания, а значит, и наиболее интересной, захватывающей.
     Сложность предмета обществознания связана поэтому с тем, что человек не может отстраниться от общества, ибо он включен в его состав. В науках о "духе" невозможно познание, осуществляемое на субъект-объектной основе, как в естественных науках, ибо общество само есть субъект-объект. В нем есть субъектная и объектная стороны. В качестве объектной стороны могут выступать территория проживания, народонаселение, экономика и др. В качестве субъектной - сами люди, свободно организующие жизнь общества, и их духовная сфера. Изучая обществознание, мы изучаем самих себя, т.е. занимаемся самопознанием, ибо общественные отношения характеризуют сущность человека. В этом случае мы изучаем не внешний, противостоящий объект (как в естественных науках), а свое собственное продолжение и обнаружение. Мы изучаем свою сущность во внешнем проявлении, в виде общественных отношений, которые одновременно как созидаются человеком, так и творят его.
     Общество фактически невозможно изучать беспристрастно, полностью объективно, ибо при этом всегда могут присутствовать оценочные суждения. Для естественнонаучного знания мораль является чем-то внешним, привходящим, она зачастую даже противоречит научным устремлениям, запрещая эксперименты над человеком и животными, клонирование и т.д. Для гуманитарных и социальных наук, напротив, мораль является сущностной характеристикой познания. Не дав моральной оценки тому или иному обществу, мы не можем сказать, что познали его.
     Если цель ученого в естественнонаучном знании заключается в максимальном абстрагировании от объекта изучения, достижении беспристрастной точки зрения, исключающей эмоции, то в гуманитарной сфере, напротив, необходимо внутреннее постижение предмета изучения, вживание в него, понимание его, ибо он является живым и сознательным существом, - можно и так назвать общество. Поэтому в гуманитарном знании разработана своя методология познания, превратившаяся в XX в. в целое философское направление. Это - герменевтика, которую первоначально определяли как метод толкования текстов, а сейчас - как искусство постижения другого субъекта, "Ты" или другого "Я", иных духовных миров, в качестве которых может выступать как человек, так и общество.
     Представьте себе: если астрофизик изучает Солнце, необходимо ли ему вживаться в него, понимать его? Нет, ибо оно, согласно современной науке, не является живым существом. А вот если изучать, например, древнегреческое общество, можно ли его познать, узнав только внешние параметры его существования - хронологию, количество населения, географию и т.д.? Нет, конечно, ибо для этого следует постигнуть мировоззрение древнего грека, понять его проблемы и радости, самому перевоплотиться в грека, ощутить морское побережье и постоянную угрозу с Востока, необходимость борьбы за демократию в полисе и т.д. Другими словами, осуществить герменевтическое проникновение в предмет изучения, когда познание, объяснение превращается в понимание. Согласно немецкому философу Вильгельму Дильтею (1833-1911) "Природу мы объясняем, душевную жизнь мы постигаем"2. Познать другого, можно лишь встав на его место, поэтому обществознание сродни актерскому искусству перевоплощения. Поэтому "Плодотворность познания, свойственного наукам о духе, кажется более родственной интуиции художника, нежели методическому духу исследования"3.

Если речь идет не о субъект-объектном, а субъект-субъектном отношении, то познание здесь осуществляется не посредством монолога (субъект активен, а объект пассивен), а посредством диалога, когда две стороны проявляют активность. Поэтому если мы стремимся познать, что в данном случае означает "понять другого", наилучшим средством выступает общение. Если мы соберем о человеке медицинские справки, то что они нам дадут в плане познания? Мы рассмотрим лишь физиологические процессы в человеческом организме. Но ведь нас это совершенно не интересует, гораздо важнее изучить душевные качества человека: способность любить и сострадать, в трудную минуту прийти на помощь. Друзей мы выбираем не по медицинской карте. Общество тоже может быть таким субъектом, и чтобы его познать, необходимо его полюбить. Действительно, мы познаем лишь то, что любим. Ненависть пресекает познание и свидетельствует об его отсутствии. Не зря ведь говорят, что понять - значит простить, а отсюда и заповедь: "не суди, да не судим будешь". Любовь, таким образом, является высшим видом духовного, герменевтического познания. Кроме того, только любовь стимулирует и придает смысл любому познанию, дает ему благую ориентацию.
     Еще один феномен отличает обществознание от естественных наук, делает его предмет почти непостижимым. Это - свобода, которая входит в мир только благодаря личности, способной разорвать сети естественной необходимости. Только человек может делать "не так, как надо", только ему доступно своеволие, ситуация выбора, а значит, добро и зло со всеми вытекающими отсюда последствиями. Свободы нет в мире физическом и биологическом, она может быть только в мире социальном.
     Мир, согласно естественнонаучной точке зрения, всецело детерминирован. Впервые к этой идее пришел древнегреческий философ Демокрит, считая случай выдумкой людей. И действительно, мир без личности - сплошная необходимость, атомы движутся в пространстве только так, как должны: в силу энергии столкновений, падения, гравитации, притяжения и отталкивания и т.д. Они образуют вихри, из которых рождается вся Вселенная и ее неумолимые законы. Эти законы несовместимы со свободой, а значит, из них невозможно вывести и человеческую личность. Религия и теология решают эту проблему, утверждая божественную Личность, а немецкий философ И. Кант мыслил свободу беспредпосылочным началом, он ее не выводил, а полагал изначально присущей человеку, т.е. постулировал ее. Так или иначе, но свобода является фактом как общественной, так и личностной жизни. Свобода, ее развитие, как и наличие гуманизма, являются критерием общественного прогресса. Действительный смысл прогресса заключается не столько в развитии техники или военно-промышленного комплекса (хотя и это может быть важным), сколько в торжестве всесторонней свободы личности в обществе (Дополнительный иллюстративный материал). Причем торжестве не только в юридическом отношении, но фактическом, социальном, на чем строилась коммунистическая идеология, но чему так противоречила "социалистическая" действительность.
     Свобода вторгается в общественные отношения благодаря "истине сердца" (духовной ценности), которая не всегда совпадает с объективной истиной. Так, Достоевский писал, что если бы когда-либо наука доказала, что воскресения Христа не было, он все равно верил бы в это, ибо вера основывается не на научном факте, а на потребностях человеческого сердца, на вере в торжество добра. Воскресение Христа и есть для него такой символ, совершенно реальное событие, без веры в которое нет оснований для добра в мире. Эта истина сердца была для него дороже объективных научных истин, ибо не они спасают человека от насилия и звероподобной жизни. Это способны сделать лишь сострадание и любовь, которые Достоевский называл важнейшим законом человеческой жизни. Научная истина не согревает души человека, а истина сердца придает смысл его жизни. Для Бердяева истиной сердца являлся Страшный Суд, грядущий в конце истории. Он полагал, что история приобретает смысл только благодаря своему завершению и суду с точки зрения добра и зла. Без эсхатологии история превращается в дурную бесконечность, которая уничтожает всякий смысл, ибо самосовершенствование не может быть самоцелью. Прогресс ради прогресса неизбежно приведет к гибели, ибо критерии прогрессивного развития не могут заключаться в нем самом, они должны замыкаться на Вечность.
     Мир, в котором отсутствует свобода, легко познается, по крайней мере, он познается в принципе, и задача состоит лишь в развитии наук, приращении научного знания. Уже И. Кант сказал: "Дайте мне материю, и я построю из нее мир", т.е. из изначально присущих материи сил притяжения и отталкивания можно вывести развитие всей Вселенной, просчитать ее от начала до конца, момент рождения и гибели. Нужно сказать, что в этом уже преуспели ученые. А вот могут ли они с такой же долей уверенности сказать, что произойдет в обществе завтра, особенно российском обществе? Нет. А почему? Да потому, что все извечные законы космоса может нарушить единственный поступок свободной личности. Этот поступок может быть как творческим и созидательным, так и разрушительным. В первом случае он способствует развитию космоса и жизни, во втором - деструктивен и самоубийственен, ибо в этом случае разрушается основа жизни, породившая человека. Зло не имеет самостоятельной основы и будущего, оно способно лишь паразитировать на том, что создано добром.
     С точки зрения познания развития общества фактор свободы все неимоверно усложняет. Здесь уже невозможно ничего просчитать наперед, поэтому в принципе невозможны никакие предсказания. Обществоведы могут лишь прогнозировать развитие общества, но не могут дать никаких гарантий, что все будет именно так. Например, легче всего, казалось бы, можно просчитать развитие экономики, однако известно, насколько политика может определять экономическое развитие, причем как тормозить его, так и ускорять. Любое вмешательство политики в экономику может перечеркнуть все прогнозы.
     Принципиальное отличие в предметах гуманитарного и естественнонаучного знания приводит и к разнице в методах познания. Науки о природе носят всецело экспериментальный характер. Они развиваются по следующей схеме: обнаруживаются некие непознанные явления, относительно их протекания создается гипотеза, затем ставится эксперимент, который должен подтвердить выдвинутую гипотезу. Если многократно повторяемый эксперимент подтверждает гипотезу, то на основе причинно-следственной связи выводится определенный закон, под который подпадают все явления данного класса; если гипотеза не находит экспериментального подтверждения, то отбрасывается, выдвигается новая и т.д. Теория в них проверяется опытом.
     Может ли гуманитарное знание развиваться таким образом? Можно ли ставить эксперименты над обществом и человеком? Это абсолютно недопустимо по двум причинам: гуманистического и научного плана. Человек (а общество состоит из людей) не может подвергаться насильственному экспериментированию, это противоречит принципам гуманизма, нарушает его свободу. С научной точки зрения экспериментирование над обществом ставит последнее в определенные стесненные обстоятельства, что уже само по себе неизбежно ведет к его неестественному, а значит, искаженному развитию, деформации. В обществознании невозможно достичь "чистоты" эксперимента. В итоге общество или загнивает, или начинается конфликт, и насилие оказывается неизбежным.
     Если естественнонаучное знание, выявляя законы природы, стремится основываться на наиболее общих принципах, то обществознание призвано изучать каждое общество как неповторимое социальное явление, обладающее самобытной культурой, историей, нормами и т.д. Обществознание интересует не только общее, но и индивидуальное, особенное.
     На основании сказанного нельзя делать вывод о том, что обществознанию чужды методы естественнонаучного знания, объективность и всеобщность. Просто они соседствуют в нем, претерпевают изменения под воздействием свободной воли людей и того, в чем они видят ценность своей деятельности, смысл жизни и т.д.
     Своеобразие и сложность познания общества заключаются еще и в том, что, будучи субъект-объектом, общество не безучастно к познанию его нами. Так как сам познающий включен в общественные отношения, т.е. является их неотъемлемой частью, то познание им общества является определенным самопознанием. Мы познаем общество, а оно познает нас. Познавая общество, открывая для себя нечто новое в нем, мы меняем свое поведение, свои ориентиры и цели, т.е. начинаем иначе вести себя в обществе. Это приводит к тому, что, познавая общество, мы изменяемся, а вместе с нашим изменением изменяется и общество, ибо мы является единицами общественной жизни. Чем больше мы объективно постигаем общество, тем вернее в нем действуем, преследуя прогрессивные цели развития. Значит, от знания людьми общества зависит общественный прогресс и, наоборот, чем больше в обществе людей невежественных, тем менее интенсивно оно развивается, может вообще прийти к застою или упадку. Таким образом, познающий субъект и объект его познания теснейшим образом взаимосвязаны в обществознании, они взаимозависимы и оказывают друг на друга глубокое влияние. Познание общества оказывается необходимым не только для познающей личности, но ценным и для самого общества, его поступательного развития: чем лучше мы знаем общество, тем правильнее действуем в нем.
     Не так обстоит дело в естественнонаучном знании, где Солнцу, например, не холодно и не жарко от того, что его кто-то познает. При этом скорость протекания реакций в нем никак не зависит от наших наблюдений. Познавая Солнце, мы познаем объект и не осуществляем самопознание в его непосредственном виде. Мы, конечно, зависим от Солнца, но отнюдь не в такой мере, как от общества.
     Вместе с нашим познанием общества оно тоже изменяется, развивается, совершенствуется через наши действия в нем. Тогда получается, что оно становится уже другим, не тем, каким мы наблюдали его вчера, и весь процесс познания начинается заново. Но завтра общество опять изменится в соответствии с нашим новым поведением, а мы опять отстанем от него в познании. Таким образом, обществознание всегда стремится познать общество, но всегда как минимум на шаг неизбежно отстает от изменений в нем. Общество, как и творческая личность, всегда оказывается больше, глубже и сложнее того, каким мы его себе представляем. Поэтому мы можем заблуждаться из-за недостатка знаний, который неискореним. Познающий общество находится в состоянии Ахиллеса, который не может догнать черепаху, как бы медленно она не двигалась, ибо в момент старта они находились не на одной линии.
     Альтернативность общественного развития
     В обществе как субъект-объекте присутствуют как объективные законы, так и субъективные, те, что устанавливает сам человек или большие группы людей в процессе социальной практики исходя из своей свободы, морали и т.д. Объективный закон, распространяющийся на человека как биологическое существо, преломляется через субъективный, встречаясь с феноменом свободы. Он уже не выступает в своем чистом природном виде, но видоизменяется, очеловечивается. Экономической сфере в большей мере свойственны объективные законы, в то время как духовная основывается на свободе и развивается во многом по своим собственным "законам" свободы.
     В истории обществознания существуют различные точки зрения на значимость объективного и субъективного факторов в общественном развитии. Так, Гегель, например, утверждал, что общество развивается на основе запросов всемирного духа, а Маркс даже духовную сферу стремился вывести из материальной, экономической.
     Основу естественных наук составляет математика, с помощью которой, применяя вычислительную технику, можно дать довольно точный прогноз развития природных явлений. Но как в компьютер заложить свободу? Здесь сразу возникнет множество разнообразных путей развития. У Вселенной без личности нет выбора в развитии; у человеческого общества благодаря личности всегда есть. Отсюда вытекает принципиальная альтернативность общественного развития. Но ее нельзя отождествлять с произволом. Так, если мы посмотрим на историю России XX в., то увидим, что у нее были различные альтернативы, но осуществились именно те, которые состоялись, поэтому говорят, что "у истории нет сослагательного наклонения". Это показывает, что и альтернативы "избираются" не произвольно, а на основе созревших предпосылок. Так, октябрьский переворот и революция в целом состоялись не только потому, что Ленин действовал соответствующим образом, что существовала революционная партия, но и потому, что Россия переживала разруху и анархию, фактически безвластие и т.д. Объективные и субъективные факторы, переплетаясь теснейшим образом, приводят к выбору определенной альтернативы. Чем более развито общество, тем больше у него потенциальных альтернатив и возможностей и, вместе с тем, меньше революций и насилия, тем более законообразно оно развивается.
     В природе "альтернатива" всецело определяется количественными показателями, которые затем переводят явление в иное качество. Через количество можно предсказать и возникновение нового качества. Например, превратится ли Солнце в сверхновую звезду или в карликовую, всецело зависит от его массы. Для изменений в обществе количественный показатель не является решающим, в нем многое зависит от элиты. Недостаточное количество большевиков и пролетариата в начале революции с лихвой компенсировалось их активностью и правильно выбранными тактическими ходами. Личность, если она выражает действительные потребности развития общества, может повести его за собой. Общество развивается не волюнтаристски и не детерминистически, не исходя из полной свободы или абсолютной необходимости, а благодаря совокупной деятельности людей, наличию элиты, выражающей интересы общества.
     Лейбниц и Гегель полагали, что "природа не делает скачков" в том плане, что в ней нет самостоятельного развития, она управляется духовными силами, которые и заставляют ее развиваться, порождать новые биологические виды. В природе мы наблюдаем повторяемость: зима - лето, день - ночь, возникновение - уничтожение. Здесь не обнаруживается принципиальной новизны, а значит, по сути, нет творчества. Последнее возникает лишь там, где появляется нечто совершенно новое, не сводимое всецело к своим предпосылкам и не разложимое на них. С этой точки зрения в природе нет творчества, есть лишь продуцирование. Истинное творчество возникает только на основе свободы и носит личностный характер, что особенно подчеркивал отечественный философ Н.А. Бердяев. Таким образом, если в природе господствует эволюционный процесс, то общество развивается исторически. История есть лишь там, где осуществляется творческий процесс развития, где порождаются совершенно новые, ранее невиданные и немыслимые общественные отношения (Дополнительный иллюстративный материал). Историю творит совокупность личностей, а природа развивается на основе эволюционных законов. История в этом смысле вовсе не есть развитие, если под последним понимать морфологическое, а не динамическое, изменение. Развитие есть обнаружение, преформация, а не творчество. И потому, по мнению русского философа и богослова Г.В. Флоровского, "развитие всегда идеально предвычислимо"4. Немецкий философ Шеллинг утверждал, что "историческое отличается от природного по признаку свободы". История есть арена, на которой разыгрывается драма человеческой свободы.
     Часто приводится высказывание Гегеля: "история учит нас тому, что она никого ничему не научила". Из этого делают вывод: люди очень глупы, не хотят учиться на ошибках других. Однако Гегель вкладывал совершенно иной смысл в эти слова. Это проблема не человеческой глупости, а непредсказуемости и неповторимости общественного развития. Он подчеркивал, что нет и не может быть повторения в обществе одной и той же ситуации. Возможно лишь внешнее и поверхностное сходство, аналогия, но не повторение. Поэтому никакой мудрец не может на основе осмысления старых ошибок не допускать будущие, если речь идет о творческом развитии, а не о механических действиях. Это, конечно, не означает, что история ничему не учит в буквальном смысле слова, и что нет необходимости ее изучать.
     Гегель полагал, что осмыслить историческое событие и социальное изменение можно лишь после того, как оно состоялось. Поэтому он говорил, что "сова Минервы вылетает в полночь", т.е. когда день уже прошел (эпоха завершилась), можно его осмыслить. Философия и обществознание предстают как "время, постигнутое в мысли". Немецкий мыслитель, таким образом, налагал запрет на построение всевозможных проектов будущего социального развития, которые не могут быть ничем иным, как очередной утопией. А любая утопия, стремясь реализоваться, приводит к насилию, ибо, если общество не хочет следовать в своем развитии мыслям утописта, его стремятся "подправить", а не желающих идти в "светлое будущее" вначале идеологически, а затем и физически подавляют и уничтожают. К. Маркс стремился преодолеть запрет Гегеля и создать образ будущего коммунистического общества, указать пути к нему. Однако опыт реализации утопических идей, привел общество к тоталитаризму и неисчислимым человеческим жертвам, породил в XX в. и новое явление, новый литературный жанр - антиутопию.
     Хорошо, если обществоведы и философы понимают состояние всегдашней неполноты наших знаний об обществе. Это дает смирение, спасает от построения новых утопий, предоставляет обществу и людям альтернативу развития. Но когда происходит обратное, когда человеческий разум начинает мнить себе, что познал незыблемые законы общественного развития и с высоты гордыни ума стремится подправить общество, то в итоге это заканчивается насилием и свертыванием общественного развития.
     Однако разумный человек не должен и уклоняться от действенной попытки совершенствования общества. Но при этом следует уважать свободу других, осознавать ограниченность своих знаний и всегда стараться их расширить, понимать, что человек всегда есть цель и никогда не должен выступать в качестве средства. В общественной жизни необходимо стремиться к ненасильственным средствам изменения нежелательной социальной ситуации, т.е. не столько к революции, сколько к реформам.

3. Общество и общественные отношения

Понятие общества можно рассматривать в нескольких аспектах в зависимости от широты охвата. Выделим четыре основных.
     1. Общество как совокупность разумных существ. В этом случае общественная жизнь рассматривается во вселенском масштабе, не ограниченном земными рамками. Любые разумные существа во Вселенной, ведущие целеполагающий образ жизни и с необходимостью проживающие совместно, будут подпадать под данное понятие.
     2. Общество в его земном аспекте, объединяющем всех людей на Земле, общество как человечество.
     3. Общество в его конкретном проявлении (например, российское, американское или иное общество, ограниченное национальными или государственными рамками).
     4. Общество в качестве различных сообществ граждан, выделяемых по каким-либо конкретным профессиональным, социальным, экономическим или любительским признакам (например, общество "Знание", "Философское общество", "Общество любителей животных", преступное сообщество и т.д. и т.п.).
     Все ли представленные виды общества действительно являются обществом и, соответственно, предметом обществознания? Нет, не все. В первом случае об инопланетных обществах нам ничего не известно. Возможно, они и есть, однако в качестве научного факта пока не обнаружены. Обществознание не может изучать гипотетические общества, довольствуясь вымыслами фантастов или, мягко говоря, людей с "развитым" воображением. Но если вдруг такое общество обнаружится, тогда обществознание сможет расширить свои, ограниченные Землей, границы.
     Общество как человечество в его целостности, без сомнения, является предметом обществознания. Этот аспект изучения общества носит философский и научный характер, так как нацелен на выявление сущностных черт общества, отличающих его от природного мира. При данном подходе не важно, к какому обществу конкретно принадлежит человек, ибо выявляются его универсальные характеристики как существа общественного. В этом смысле все люди одинаковы и едины, а разница между ними и обществами, в которых они живут, изучается тогда, когда общество берется в его конкретном проявлении, в нашем случае - в третьем смысле.
     При всей важности и философичности второго смысла понимания общества, на нем невозможно остановиться, ибо этот уровень весьма абстрактен и мало может дать информации о конкретном обществе, в котором проживает человек. Ведь нет человека вообще, а есть всегда гражданин определенной страны, представитель определенного этноса и т.д.
     Третий аспект понятия общества конкретизирует второй, нацелен на изучение специфического проявления общественных отношений в определенном географическом пространстве, этническом и политическом образовании. Каждое конкретное общество имеет с другими не только что-то общее, но и свойственные только ему особенности, связанные с местом проживания, преимущественным видом хозяйственной деятельности, определенной историей, традициями, религией, менталитетом и т.д. Безусловно, обществознание преимущественно изучает общество в данном контексте, ибо именно конкретные знания востребуемы современным человеком. Они дают ему возможность ориентироваться в современном мире и в том обществе, в котором он живет.
     Понимание общества как сообщества слишком узко и, поэтому, может выпадать из поля зрения обществознания. Хотя не бывает общества без сообществ, определенных групп и объединений граждан, они не являются жизненно необходимыми, зачастую создаются на короткие сроки, их цели и роль в обществе незначительны. Обществознание может лишь называть и учитывать их, но не изучать. Однако они могут быть предметом изучения специальных наук, например, социологии, социальной психологии, уголовного права (в случае преступных сообществ), статистики и др. Кроме того, обществознание может изучать по объему малые, но являющиеся базовыми структурные элементы, объединения и группы в обществе, например, семью, род и т.д.
     Итак, обществознание рассматривает общество как человечество и общество как этническое или национально-государственное образование. Другие понимания общества (1 и 4) выходят за границы обществознания или в силу широты данного понятия, или, напротив, в силу его узости.
     Прежде чем рассматривать общество в его конкретном проявлении, необходимо понять, что оно представляет собой в принципе, т.е. в чем его сущность, каковы характеристики, отличающие от природного мира. Но начнем с общего определения.
     Общество - это большая и устойчивая группа людей, занимающая определенную территорию, имеющая общие формы хозяйственной деятельности, культуру, мировоззрение, осознающая свое единство. Оно представляет собой исторически развивающуюся, упорядоченную, самоуправляемую и достаточно автономную систему отношений, организационную форму совместной жизнедеятельности людей, трансформируемую и воспроизводимую в процессе их деятельности. Так как общество состоит из множества групп, его можно назвать "коллективом коллективов", а так как оно развивается - историческим способом организации жизнедеятельности людей. Развитое общество представляет собой совокупность социальных институтов, в которых выражается сущность человека.
     Приведенные общие определения общества верны, однако недостаточны. Чтобы действительно определить понятие общества, необходимо выявить его сущность, описать наиболее существенное в нем. Такой конституирующей общество основой являются общественные отношения. На первый взгляд, определение общества как совокупности общественных отношений тавтологично. Однако оно представляет собой аналитическое суждение, которое развертывается через собственное толкование и самоуглубление. Общественные отношения представляют собой многообразные связи, возникающие между социальными группами, стратами (слоями, классами), нациями и индивидами в процессе экономической, социальной, политической и культурной жизнедеятельности. Общественные отношения есть способ бытия индивида. Но что такое сами общественные отношения? Чтобы выявить их специфику, необходимо показать отличие общественных отношений от форм совместного существования других, неразумных существ, т.е. животных.
     К отличающим человека чертам, связанным, прежде всего, с биологическими предпосылками, относят гоминидную триаду: прямохождение, развитый мозг и развитую кисть руки. Однако многие животные также могут передвигаться на двух конечностях (петух может стоять даже на одной ноге и долгое время, но в человека, тем не менее, не превращается). Находят обезьян, у которых объем мозга больше, чем у человека, и весьма развиты конечности. Поэтому можно заключить, что биологические предпосылки важны для развития общественных отношений, но отнюдь не являются достаточными. Более того, все биологические предпосылки могут быть в наличии, однако общественные отношения, тем не менее, отсутствовать. Значит, сущность общественных отношений не в том, что связывает человека с животным миром, а в том, что его отличает. Отметим сущностные социальные черты, формирующие общественные отношения:
     1) трудовая деятельность, использование орудий труда, особенно искусственно созданных;
     2) наличие языка в качестве осознанного способа общения и развитие на его основе письменности;
     3) развитие мышления и разума;
     4) наличие сознания и самосознания, мировоззрения, а отсюда - и целеполагающей деятельности.
     Чтобы глубже осознать эти черты, принципиально отличающие общество от животного мира, необходимо проанализировать их подробнее.
     Итак, рассмотрим понятие труда. Труд можно охарактеризовать как осознанную деятельность, направленную на обеспечение жизни во всех ее аспектах. Основное здесь то, что эта деятельность целенаправленная: только то существо способно трудиться, которое сознательно ставит себе определенную цель и реализует ее. Животное не способно осуществлять такую деятельность, ибо биологически запрограммировано. У животного, в этом смысле, нет цели, а есть только биологическая потребность, которая реализуется инстинктивно. Труд определяют как "заторможенное желание", т.е. если животное непосредственно реагирует на свои запросы, то человек - опосредованно, через труд. Так, например, весной он сеет и лишь осенью собирает урожай. Между потребностью и ее реализацией проходит целых полгода трудовой деятельности, заботы о произрастающих растениях. При этом труд стимулирует развитие мышления.
     Сущностной чертой трудовой деятельности является использование орудий труда - это качество присуще также исключительно только человеку. И животное может использовать палку или камень, однако, не так, как человек. Человек использует орудия труда осознанно, а животное - инстинктивно, поэтому одно и то же по форме действие, например, сбивание плода с дерева палкой, у человека будет трудовой деятельностью, а у обезьяны - нет. У них различно отношение к своим действиям. Более того, человек в целях осуществления трудовой деятельности способен создавать искусственные орудия, одни орудия при помощи других орудий. Это - невиданное в природе явление, опять же не по форме, а по внутренней сути. Начав создавать искусственные орудия труда, человек встал на путь цивилизационного развития, свершилась неолитическая революция. Сейчас человеческая жизнь немыслима без такого рода орудий - техники, которая не только помогает человеку, но и создает проблемы. Полностью окружив себя искусственными вещами, человек утратил связь с природой, нарушил экологический баланс на планете, породил новые болезни, поставил мир на грань военной и экологической катастроф. Последнее, изобретенное им в этом ряду, - компьютер, благодаря которому можно не только быстро получать необходимую информацию, но и разучиться думать и личностно общаться с окружающими людьми, что приводит к дегуманизации личности, когда виртуальный мир подменяет реальный. Путь решения этих проблем, конечно, не в возврате в животный мир, а в необходимости научиться пользоваться великим общественным даром - разумом. Для решения этих проблем необходимо лишь научиться различать цель (человека) и средство (технику).
     Что касается наличия языка, то этот феномен свойственен тоже исключительно только человеку в условиях общественных отношений. Хотя зачастую звуки, издаваемые животными и, без сомнения, несущие определенную информацию, называют языком. Но если это и язык, то только - междометий. Животное способно передавать лишь небольшой набор состояний при помощи звуков, но не способно делать это сознательно. У него нет слов, а в звуках - смысла. Попугая можно обучить произносить несколько десятков слов, но смысл их будет ему неведом, он только знает, что за произнесение определенного звука он может получить корм, что является условным рефлексом. У животного произнесение звуков - биологическая реакция и больше ничего. Может быть, оно что-то и понимает, да вот сказать не может. Но если не может сказать, то, скорее всего, сказать нечего, ибо язык и мышление немыслимы друг без друга.
     Вместе с развитием общества язык стал фиксироваться письменно, что имеет всемирно-историческое значение. Без письменности немыслимы развитие культуры, передача знаний и социальная память, а значит невозможно прогрессивное развитие общества. Не зря национальное развитие всегда начинается с внимания к языку, с восстановления его статуса.
     По сравнению с речью письменность появляется как принципиально новое средство общения, позволяющее закреплять, хранить и передавать знания с помощью начертательных знаков. Она оказывается способной преодолевать пространственные и временные границы в общении между людьми. С возникновением письменности процесс общения выходит за рамки непосредственного контакта общающихся. Уже в древности люди осознали, что книга может быть важнее роскошного дворца.
     Существуют различные версии происхождения письменности: от божественной до договорной (Демокрит).
     Развитие письменности имеет долгую историю, которая началась еще в верхнем палеолите из предписьменности. Первой зачаточной формой неречевых, дописьменных средств передачи информации является "предметное письмо", представлявшее собой совокупность предметов или вещей для передачи какой-либо информации (зарубки на деревьях, узоры из камней, воткнутые у тропы ветки, дым от костра и т.д.). К данному виду можно отнести вампулы (шнуры с нанизанными на них раковинами) и кипу (узелковое письмо), применявшиеся индейцами.
      Затем появляется рисуночное письмо - пиктография, представляющая собой фиксацию информации и ее передачу с помощью рисунка (наскальная живопись - вид пиктографии). Рисунки могли размещаться в определенной последовательности и передавать определенную информацию о хозяйственной, военной и иной деятельности. В пиктографических рисунках уже заложена возможность схематизации и перерастания в условные изображения, тенденция к общезначимости и однозначности - знаку.
     В идеографическом письме рисунки заменяются определенными знаками. Оно развилось в иероглифическое письмо. Иероглиф (от греч. "хиерос" - "священный" и "глифе" - то, что вырезано) - рисуночный знак древнего письма, появившийся в Месопотамии на рубеже V-IV тысячелетий до н. э. Иероглифы одновременно обозначали и образы, и произношение слова. К 2400 г. до н. э. они превратилось в упорядоченное словесно-слоговое письмо клинописного типа. Сейчас иероглифическое письмо существует, например, в Китае. Вслед за иероглифическим письмом возникает иератическая письменность, где иероглифы упрощаются, и открывается перспектива перехода к буквенному письму.
     Высшей формой письменности стало буквенное фонетическое (буквенные знаки обозначают не предметы, а слоги и звуки), т.е. абстрактное алфавитное звуковое письмо. Звукобуквенную письменность называют еще фонографической. В фонетическом письме графически передаются лишь отдельные звуковые обозначения, а не слова, в связи с чем из ограниченного числа букв и звуков можно составить фактически бесконечное число слов. В современном языке сохранились элементы иероглифического письма. Это знаки: "%", "=" и др. Все цифры тоже являются иероглифами.
     Первое алфавитное письмо было изобретено финикийцами, которое было положено в основу древнегреческого и арамейского, из которых позднее возникли персидская, арабская, латинская и кириллическая (славянская) письменности. Греческая письменность начала формироваться около IX в. до н. э. Ей предшествовало (приблизительно с XV в. до н. э.) иероглифическое и крито-микенское линейное письмо. Дошедшие до нас древнейшие памятники греческого языка относятся к VIII-VII вв. до н. э. Это надписи на предметах из твердых материалов: камня, металла, керамики. С VII в. до н.э. писчим материалом стал папирус, со II в. до н. э. - пергамент. Надписи на твердых предметах изучает эпиграфика, рукописи - палеография и папирология.
     В классическом виде греческий алфавит из 24 букв сложился к 403 г. до н. э.; надстрочные диакритические знаки придыханий и ударений появились в III в. до н. э. Теоретическое осмысление языка как знаковой системы принадлежит Аристотелю. От западного и восточного вариантов греческого алфавита ведут свое происхождение латиница и славянская кириллица.
     Мышление и основывающиеся на нем разум и сознание - следующие важнейшие характеристики человека и общества. Мышление развивается в человеке благодаря общению с другими людьми в процессе жизнедеятельности. Язык, "овнутряясь", превращается во внутренний диалог субъекта в собственном сознании - так порождается мышление. Логически язык возникает раньше мышления, но в действительности это процесс совершенно взаимозависимый, ибо становление мышления стимулирует и развитие языка. Мышление и язык неразрывно взаимосвязаны.
     Разум является настолько фундаментальной характеристикой человеческого существа, что его стали определять как homo sapiens - "человек разумный", в отличие от других видов животных.
     Вместе с тем нельзя полностью отрицать наличие у животных рассматриваемых качеств. Отличие состоит в том, как их понимать. Можно сказать, что и у животных есть разум, однако это не тот разум, которым мы характеризуем человека. Нужно отметить, что на самом деле наука еще очень мало знает о животных, чтобы делать окончательные выводы. Все, у кого есть домашние животные, имеют свое мнение по данному вопросу. А может быть, это наше желание - наделить любимых животных человеческими качествами?
     Итак, общественные отношения складываются из полного набора перечисленных качеств, хотя и не разделяются на них. Эти качества не присутствует в человеке с момента рождения, но являются благоприобретенными Общественные отношения представляют собой особую целостность, образующуюся в результате совместной жизнедеятельности людей, характеризующуюся наличием трудовой деятельности, использованием орудий труда, особенно искусственных, присутствием языка, мышления, разума и сознания. Общественные отношения - это тот воздух, который мы не видим, но которым дышим, благодаря которому живем человеческой, а не животной жизнью. Развитие биологической основы является их предпосылкой, необходимой, но не достаточной, а сущностные черты общественных отношений формируются лишь в результате исторического развития человеческого сообщества. Общественные отношения - это особое социальное пространство саморазвития индивидов.
     Развертывая далее понятие общества, необходимо отметить, что оно представляет собой исторически развивающуюся систему. Поэтому, изучая обществознание, невозможно избежать анализа истории. Но от последней оно отличается тем, что его интересует не история сама по себе, а те исторические изменения, которые имеют важное значение для развития общества. Вот почему для обществознания представляет интерес история цивилизаций.
     Однако одного исторического взгляда на общество недостаточно для обществознания, ибо общество, одновременно, является сверхсложной иерархически организованной системой, подсистемы которой связаны друг с другом и с организующим их целым. Для того чтобы изучать общество в данном аспекте, необходимо как бы остановить бег истории, взглянуть на него не с точки зрения изменений во времени, а с точки зрения структуры и функций, внутренних взаимосвязей. Структура общества представлена сферами общественной жизни, которых традиционно выделяют четыре: экономическую, социальную, политическую и духовную. Особо можно выделить также правовую сферу в силу ее значимости для современного российского общества, стремящегося строить правовое государство и демократию. Все сферы тесно взаимосвязаны друг с другом и немыслимы в отрыве от целого - общества, в котором они интегрированы.
     Для полноценного познания общества, как в его историческом бытии, так и его функциональной структуры, необходимо также изучение истории обществознания как науки, знание того, как развивалось само обществознание, какие воззрения на общество господствовали в то или иное время. Таким образом, необходимо изучить в общих чертах историю цивилизаций, историю обществознания и сферы общественной жизни.
     Общество представляет собой особую целостность, внутри себя дифференцированную, что выражается в аналитическом вычленении сфер общественной жизни. В истории обществознания неоднократно обнаруживались односторонние оценки соотношения сфер. Так К. Маркс исходил из примата экономики над другими сферами, стремился вывести их из господствующего типа хозяйственных отношений, а М. Веберу, напротив, приписывают признание главенства духовной сферы общества, которая может определять и экономические отношения (пример с протестантизмом, его этикой, стимулировавшей развитие капитализма). Современное обществознание исходит из признания важности и незаменимости всех сфер, их невыводимости и несводимости одной к другой. Если общество сравнивать с домом, то экономику можно определить как фундамент "дома" общества, социальную сферу - как его стены, политическую - как крышу, а духовную - как тепло в доме и наличие необходимых коммуникаций, без которых он не пригоден для проживания. Данный образ позволяет уяснить соответствующие взаимодействия и незаменимость сфер общественной жизни. Экономика хотя и является фундаментом, но не может произвести из себя стены и крышу, они должны надстраиваться, хотя для того, чтобы надстроить крышу, необходим фундамент и стены. Все конструкции дома должны быть связаны друг с другом, и только в единстве могут составлять пригодный для жилья дом. Однако если они соединены не органично, а жестко закреплены, то небольшое землетрясение или буря может этот дом разрушить. Границы между конструкциями дома (сферами) не должны быть жесткими, хотя каждая из них обладает определенной автономностью. На различных этапах развития общества на первое место может выходить какая-либо определенная сфера. Например, в 90-х годах XX века в России все зависело от изменений в политической системе, позднее - от развития экономики. Сейчас на первое место начинают выходить стоящие перед государством социальные задачи.
     Каждая сфера жизни общества вырастает из определенных потребностей и сущностных сил человека. Экономическая сфера удовлетворяет, прежде всего, материальные потребности человека; социальная - во взаимодействии с другими людьми, группами и стратами; политическая - в управлении, организации власти, законности и порядке в общественной жизни; духовная - призвана удовлетворять потребности человека в вере, надежде и любви, в добре (морали), истине (познании) и красоте (искусстве), в нравственном совершенствовании, самопознании и самореализации.

4. Общество, природа и техника

Общество еще определяют как обособившуюся от природы, но тесно с ней связанную часть мира. Только отличив себя от иного, от природы, человек и общество могут осознать свою специфику. Глубоко и ярко ее выразил Н.А. Бердяев: "Дух есть свобода, а не природа". Вместе с тем проблема соотношения общества и природы не может быть решена однозначно, ибо носит сложный противоречивый характер. С одной стороны, человек является биологическим видом, с другой - он только и является человеком, поскольку отличает себя от окружающего животного мира. Отличие человеческого от природного можно определить в таких терминах, как "культура", "социальность", "духовность", "трудовая, разумная деятельность" и др.
     Само понятие природы может рассматриваться в нескольких смыслах. С одной стороны, природа - это все, что является естественным и окружает человека, т.е. вся Вселенная; с другой, природа - это органический, биологический мир, в который входят и с которым соседствуют человек и общество. Если первый смысл господствовал в античности, то второй характерен для современности. Для нас природа - это та часть окружающего мира, с которой мы вступаем в непосредственное взаимодействие и которая является естественным условием человеческой жизни: биосфера как вся совокупность живых организмов и среда их обитания.
     В наше время проблема соотношения общества и природы изучается экологией, объединяющей в себе данные многих наук, исследующих взаимодействие живых организмов, человеческого общества с окружающей средой. Термин "экология" был введен последователем Ч. Дарвина Эрнстом Геккелем в 1866 г., который определял ее как науку об отношении организмов к окружающей среде.
     Существуют различные понимания взаимоотношения общества и природы от географического (натуралистическая школа) до экономического детерминизма. Согласно географическому детерминизму, общество имеет "естественное происхождение", т.е. определяется внешней средой, местом обитания. Евразийцы как представители географического детерминизма в России начала XX в. ввели в этой связи специальный термин - "месторазвитие", подчеркивая теснейшую связь этносов с территорией их проживания. Конечно, климат, жизнь на равнине, у моря или у гор определяет хозяйственную деятельность, однако невозможно из одной лишь географии вывести социальное развитие: она влияет на него, но никак не определяет. Тем не менее, сторонники географического детерминизма существовали и в древности (Геродот), и в Новое время (Ш. Монтескье), и в XX в. (Л.И. Мечников). Стоит вместе с тем отметить, что на заре своего становления общество в большей степени зависело от непосредственных природных условий, однако вместе с развитием оно обретает определенную свободу.
     Экономический детерминизм исходит из того, что общественное развитие всецело определяется экономическим базисом, развитием средств производства, над которыми надстраиваются все остальные сферы общественной жизни (К. Маркс) (Дополнительный иллюстративный материал). Экономически-детерминисткое отношение к природе свойственно для индустриальной эпохи.
     Современное обществознание исходит в основном из социоцентристской позиции, рассматривающей общество в целом как продукт саморазвития, главным источником которого является совершенствование общественных отношений в их целостности. Предпосылки этой точки зрения обнаруживаются уже у Аристотеля ("человек есть существо общественное"), Маркса ("человек есть совокупность общественных отношений") и других мыслителей. Она может восторжествовать в постиндустриальную эпоху, когда должна восстановиться гармония между обществом и природой.
     На протяжении исторического развития общества менялось и его соотношение с природой. В этой связи можно выделить следующие определенные исторические вехи, или этапы во взаимодействии общества с природой:

Каждый из этих этапов обладает своими существенными особенностями, радикально отличается от других. На первом из них, в момент возникновения, община первобытных людей всецело зависела от природы и не мыслила себя вне ее; человек еще не столько изменял природу, сколько стремился приспособиться к ней, жить ее жизнью, подражая животным. Эту позицию выражали и первые обществоведческие концепции: даосизм в Китае, досократовская философия (натурфилософия) в Древней Греции и др.
     Вместе с неолитической революцией, широким использованием искусственных орудий труда человек и общество отрываются от природы, начинается сознательная борьба с ней за существование: человек уже не столько встраивается в природные циклы, сколько изменяет среду обитания, создает искусственную в виде культуры и экономики (средств производства, техники). Человек отчуждается от природы в результате трудовой деятельности, использования орудий труда, которые встают между ним и природой. В индустриальную эпоху это отчуждение достигает своего апогея: природа, побежденная человеком, нещадно эксплуатируется, загрязняется окружающая среда. Природа мыслится уже не как храм, в котором живет человек, а как мастерская, в которой он хозяйничает по своему усмотрению (высказывание тургеневского героя Базарова). К середине XX в. техническая мощь достигает огромной силы, а безнравственное и варварское использование природных ресурсов приводит к глобальным экологическим проблемам и катастрофам. Победив природу, человек не смог победить себя, зло и эгоизм в самом себе.
     Таким образом, в историческом срезе общество и природа прошли путь от полного единства до полного противоречия. Но если остановиться на последнем, то человечество может погибнуть в какой-либо экологической катастрофе.
     Существует еще во многом футуристическая концепция взаимоотношений общества, человека и природы в новой постиндустриальной цивилизации. Предполагается, что в ней эти отношения должны приобрести гармоничный характер, учитывающий интересы как общества и человека, так и природы. В сущности эти интересы едины, расходятся они лишь в силу отхода сознания человека от правильного мировоззрения и неверного использования техники.
     Человек, даже отделившись от природы, остается биологическим видом, и нарушение его связи с природой означает одновременно пренебрежение своей биологической составляющей, своим телом, что приводит к всевозможным заболеваниям, неведомым в древности. И вместо того, чтобы восстановить утраченную гармоничную связь как с природой, так и со своим собственным организмом (тем самым уничтожая источник, причину множества заболеваний), человек начинает относиться к себе также механически и варварски, как он относится к природе. Выражается это в том, что вместо изменения мировоззрения и образа жизни, человек начинает пичкать себя таблетками и делать уколы, позволять резать скальпелем, но ни за что он не будет делать пробежки по утрам, больше ходить пешком, не бросит курить и т.д.
     Человек - принципиально отличающееся от природы существо, но вместе с тем глубоко укорененное в ней существо. Природа нуждается в человеке, она не самодостаточна без него, и произвела она его не для того, чтобы он себя уничтожил. Человек также нуждается в природе, без общения с ней он превращается в бездушный автомат. Современные психологи установили, насколько благоприятно действуют на человека, особенно на детей, домашние животные, а прогулка в лесу может снять недельную усталость и нервное напряжение.
     В заключение этой темы можно сказать, что общество и природа неслиянны, ибо человек существует как человек только благодаря общественным отношениям, которые не существуют в природе; общество и природа нерасторжимы, ибо человек всегда остается биологическим видом, а общество всегда вынуждено использовать окружающую среду и природные ресурсы в своей жизнедеятельности. Проблема заключается лишь в восстановлении гуманного отношении человека к самому себе (своему телу) и к природе как своему телесному продолжению. Необходимо восстановить единство с природой, но не путем возвращения в пещеру и отказа от техники, а через изменение сознания. Можно и саму технику заставить работать в этом направлении.

Человек и техника
     "Человек в опасности", - восклицал Н. Бердяев уже в начале XX в. Техногенез, ориентированный на взаимодействие с неживым веществом планеты, резко обостряет и нарушает естественный процесс становления ноосферы. Эту проблему человечество осознало лишь в XX в., ее стали анализировать, устанавливать причины и искать выход многие философы, среди которых такие известные, как Н. Бердяев и М. Хайдеггер.
     Отечественный историк и философ первой пол. XX в. Георгий Федотов отмечал, что человек, утративший связь с миром духовным и органическим, "делается жертвой своей собственной техники"5. Она в этих условиях превращается в оружие и истребляет своих создателей. Остро ощущал эту проблему и Бердяев, о чем свидетельствует его работа "Человек и техника" (1933). Он писал, что вопрос о технике стал вопросом о судьбе человека и судьбе культуры. Человек забыл о том, что техника всегда есть средство, орудие, а не цель. Но в результате индустриальной революции произошла подмена ценностей: вместо целей жизни стали господствовать средства жизни, творение восстало против творца.
     Техника неорганична, мертва, в то время как человек органичен и жив: они противоположны в этом смысле. Техника оторвала человека от природы и от "миров иных", от вечности. По словам Бердяева "человек есть образ и подобие Бога и не может стать образом и подобием машины, не перестав существовать". Дух невозможно до конца рационализировать.
     В итоге, борясь с природой с помощью техники, человек победил ее, но попал в зависимость от техники. Произошло это потому, что человек оказался морально не готовым к той новой действительности, которую сам и создал. Организм человека, его психика и душа оказались беззащитными перед собственным изобретением. Машинная, техническая цивилизация опасна, прежде всего, для души, так как, окружив себя искусственными вещами, человек и к себе и к окружающим людям начинает относиться как к вещам, биокомпьютерам. Это приводит к дегуманизации, ибо техническая цивилизация имперсоналистична и не хочет знать личности, а личность во всем противоположна машине. Личность свободна, автономна, моральна и способна творить.
     Бердяев подчеркивал, что в его время не существовало философии техники, способной осмыслить новую реальность, новое положение человека в мире. Но сейчас, благодаря творчеству Бердяева, Хайдеггера и других философов XX в. феномен техники осмысляется как духовная проблема. В итоге делается вывод о том, что человек не может отказаться от техники и не должен делать этого. Если корень проблемы в духовной сфере, то решаться она должна прежде всего через изменение сознания человека. Эпоха должна закончиться не отрицанием техники, а подчинением ее духу (Дополнительный иллюстративный материал рис.1, рис.2, рис.3, рис.4, рис.5).

Разработка Института дистантного образования Российского университета дружбы народов, 2006